Украина: «Нова школа», дядюшка Сорос и «поколение Z»

На Украине проявилась новая тенденция — посыпались доносы на украинских учителей в СБУ. Среди доносчиков есть и «активисты», убеждённые, что личное мнение учителя, высказанное в социальной сети, является нарушением украинского закона об образовании, и журналисты, отслеживающие лайки учителей в «Одноклассниках». Организацию процесса доносительства возглавила министр украинского образования Лилия Гриневич, использовав как повод поездку учителей в Крым на конференцию «Великое русское слово». И вообще у Минобразования Украины на ближайшее время планов громадьё. Во-первых, на деньги Сороса по всей Украине с 1 сентября откроются 139 «опорных школ» (их преимущества всячески превозносятся — там, дескать, и окна пластиковые, и учебная база лучше). Подвох состоит в том, что появление «опорных школ» сопровождается массовой ликвидацией сельских школ. Детей на учёбу предлагается возить на школьных автобусах, покупка и содержание которых — забота местных властей, у тех же нет ни денег на это, ни желания этим заниматься. Закрытие школ на селе ведёт к сокращению учителей: 3,8 тысячи педагогов в этом году уволят или уменьшат кому-то из них учебную нагрузку, а стало быть, и без того маленькую зарплату. И в этом деле донос — отличное подспорье: в первую очередь увольнять станут учителей, не проявляющих лояльности к «ценностям майдана» и нововведениям вроде «опорных школ», снижающим доступность среднего образования. Буквально через десяток лет результат заявит о себе появлением детей и молодёжи «поколения Z» (рождённые в 2006–2019 годах) — безграмотных и малограмотных, но зато легко управляемых. Во-вторых, с нового учебного года на Украине стартует программа «разгрузки» учебного процесса. Пока в начальных классах программа «облегчается»: ребёнку, например, не нужно будет изучать сложение, вычитание, умножение и деление в пределах 10–20 путём запоминания, не нужно учиться читать быстро. Дескать, акцент переносится на «развитие личности» (личности невежественной и поддающейся манипуляции). Соответственно, и учитель потребуется новый, с сознанием, не замутнённым советским и ещё крепким постсоветским образованием. В-третьих, 18 августа презентована масштабная реформа образования «Нова школа», которую в пилотном варианте планируют запустить в следующем году, в окончательном — через год. За два года министерству образования поставлена задача выдавить из школ учителей, не соответствующих духу грядущих перемен. Новая украинская школа, на внедрение которой даёт деньги всё тот же неутомимый и вездесущий Сорос, должна ковать «личностей, патриотов и инноваторов». Украинское «поколение Z» будет обучаться не основам наук, а предприимчивости, «украинской идентичности» и «патриотизму»… Новая школа исходит из желания ребёнка заниматься тем, чем он пожелает: при этом все хорошо понимают, что большинство захочет ловить покемонов. «И не нужно мешать!» — призывает новая школьная реформа, объясняя родителям, что охота за покемонами развивает в ребёнке творческую составляющую, а вот таблица умножения — это рудимент деятельности головного мозга. «Нова школа» предписывает учителю быть «другом» ученикам. То есть вместе ловить покемонов. Педагогу предписано соревноваться с неформальными лидерами детского коллектива, поставив себя с ними на один уровень. Здесь тоже просматривается замысел: на выходе из «чёрного ящика» необходимо получить молодого человека, не признающего авторитетов и отрицающего опыт старшего поколения. Это и сейчас цветёт буйным цветом, но после внедрения реформы «Нова школа» созреют ягодки: «поколение Z» совершенно согласится и с половыми извращениями, и с эвтаназией. Сейчас Украина стремительно превращается в страну пенсионеров, омолодить её на фоне снижения рождаемости можно единственным способом — сделать представителей старших поколений изгоями, поставив их на грань выживания и лишив уважения в среде молодых. Для этого необходимо в соответствии с тезисом «учитель — друг» наводнить школы учителями новой формации — молодыми людьми, которые недавно учились и сейчас учатся в педвузах. Эта возрастная прослойка впитала в себя и «ценности майдана», и отрицание авторитета старших, и яд русофобии. Они и заменят всех уволенных, они и вложит в головы маленьким «друзьям» отрицание опыта дедушек и бабушек, которые ещё хорошо помнят, за что в сороковых годах ХХ века сражались их отцы и деды. В-четвёртых, Украина вступает в завершающую стадию многолетнего проекта отрыва от русского мира через искоренение на её территории русского языка. Не ошибёмся, если назовём данный проект чрезвычайно успешным: за четверть века русский язык практически полностью вытеснен из сферы образования, а с реформой этой сферы он исчезнет совсем. «Нова школа» не оставляет русскому языку никаких шансов: уходя от развития навыков чтения, она направляет усилия учителей на обучение общению исключительно на украинском языке — «в учёбе, на работе, дома, в свободное время». Русскоговорящую среду юго-восточных областей и Киева будут уничтожать начиная со школьной скамьи. Пройдёт не так много времени — и в Одессе и Харькове никто больше не купит детскую книжку на русском языке. Появится другой народ. Сейчас это кажется фантастикой, но 25 лет назад такой же фантастикой казалась повальная украинизация высшего образования, которая таки состоялась. В 2008 году, когда на Украине прошло первое независимое тестирование (опять-таки на деньги Сороса, чей фонд «Возрождение» подписал соответствующий договор с министерством образования), уже 73,3 процента школьников выбрали украинский язык для сдачи тестов (26,4 — русский). Таков промежуточный результат украинизации образования без оглядки на национальный состав населения Украины. Мало того, что единственная перепись населения 2001 года искажала действительное количество русских граждан Украины (порядка 2,2 миллиона бесследно исчезли), но в каждой административной единице Украины доступ к образованию на русском языке стал в разы меньшим, чем запрос на такое образование. Если в 1991 году на Украине 51,4% школьников получали образование на русском языке, 49,7 — на украинском, то спустя двадцать лет, в 2011 году, доля первых сократилась до 16,5%, доля же вторых выросла до 82,2%. В 11 областях Украины на русском языке имели возможность учиться только 0,01–1% детей. В Киеве при доле русских и русскоязычных 25,1% лишь 2,9% школьников предоставлена возможность обучения на русском языке. В Донецкой области, где проживали 74,9% русских, доля школьного образования на родном языке составляла 53,5%, в Днепропетровске (переименован в Днепр), Одессе, Харькове, Запорожье ещё хуже: учащихся на русском языке к 2011 году было почти в два раза меньше, чем русских детей. 25 лет процесс «обукраинивания» катится по южным и восточным областям Украины тяжёлым катком. И результаты налицо. Независимое тестирование 2016 года обнаружило катастрофическую для русских ситуацию: в той же Днепропетровской области тесты по предмету «русский язык» выбрали всего 227 школьников (обязательный украинский сдавали 20.478 учащихся), в Одессе — 114, в Харькове — 90, в Киеве — 121, на украинской части Луганской и Донецкой областей — 318 человек. Из общего числа проходивших независимое тестирование только 5% выпускников выбрали вариант тестов на русском языке. «Поколению Z», которое будет лепить «Нова школа», поставлена задача воздвигнуть языковой барьер между собой и старшими поколениями, говорящими дома, а зачастую и на работе по-русски. Учителю русского языка, как и учителю-предметнику, преподающему на русском, в новой школе места не будет. Эту категорию педагогов искоренят. Тандем СМИ и СБУ последовательно внедряет в сознание мысль о том, что русский язык — язык «страны-агрессора», а всякий говорящий на русском — потенциальный пособник агрессора. Госпожа министр образования заявила, что все преподаватели высших учебных заведений, принявшие в июне участие в конференции «Великое русское слово» в Крыму, будут уволены (кто-то за прогул, кто-то с формулировкой «за аморальное поведение»). Вдобавок Лилия Гриневич обратилась в СБУ и Генеральную прокуратуру Украины с предложением привлечь педагогов к ответственности: «Ведь когда такие люди едут на конференцию, которая легитимизирует аннексию Крыма, они своим присутствием также признают аннексию легитимной. Это означает, что они не уважают конституционно утвержденный государственный строй Украины и поэтому не могут работать в нашей системе образования», — отчеканила пани министр. Это нерядовое событие. Это ясный сигнал всему украинскому учительству: готовьтесь с вещами на выход. (В скобках как штрих к портрету нового украинского образования: песни «Священная война», зовущей «страну огромную» на «смертный бой» с «фашистской силой тёмною», в новой школьной программе больше нет. Исключили. И это тоже — ясный сигнал всему украинскому учительству).