70-летие Нюрнберга: Ликбез для любителей фашистских прихвостней

1 октября 1946 года, завершился Нюрнбергский международный трибунал. Представители стран-победителей во Второй Мировой войне – CCCР, США, Великобритании и Франции судили преступную верхушку гитлеровского Рейха за бесчисленные и чудовищные преступления, как военные, так и против человечности. На оглашение приговора, перечислявшего преступления обвиняемых потребовалось почти два дня. К смертной казни через повешение были приговорены почти все первые военные и государственные чиновники фашистской Германии и примерно половина палачей рангом пониже. О том, что высшее политическое и военное руководство Третьего Рейха должно понести суровое наказание, министры иностранных дел СССР, США и Великобритании договорились ещё во время Московской конференции осенью 1943 года, когда в ходе войны произошёл коренной перелом после победы советских войск на Курской дуге. Масштабы и жестокость преступлений, совершённых германским фашизмом, превосходили всё, с чем когда-либо сталкивалось человечество. Понять и простить совершённые гитлеровцами злодеяния не было в человеческих силах. Окончательно вопрос был решён во время Ялтинской конференции в феврале 1945 года. Интересно, что британский премьер Уинстон Черчилль требовал немедленного расстрела нацистских преступников без суда и следствия, но маршалу И.В. Сталину и президенту США Ф.Д. Рузвельту удалось убедить британского премьера, что Гитлер и его окружение должны предстать перед международным судом и даже получить юридических защитников. До самого конца войны это решение глав стран-союзников держалось в полном секрете, чтобы у отчаявшихся нацистов не было повода отыграться на военнопленных и угнанных на каторжные работы в Германию гражданских. После подписания Акта о безоговорочной капитуляции Германии информация о международном трибунале была доведена до сведения генерала де Голля, руководителя движения «Сражающаяся Франция». В июле-августе 1945 года в Лондоне прошла конференция, на которой страны-победители учредили международный трибунал, установили его принципы и максимально сблизили правовые нормы. Дело в том, что СССР и Франция ратовали за нормы континентального права, тогда как США и Великобритания желали судить нацистских преступников исходя из норм англо-саксонского права. В конце концов, стороны пришли к согласию по большинству организационных и процессуальных вопросов. Был и учтён ряд предложений советской стороны. Например, вместо жеребьёвки председатель трибунала назначался поочерёдно, обвинительные заключения должны быть подробными, судьи получили право допрашивать подсудимых, а самим подсудимым предоставлялось последнее слово. Символичным был выбор места проведения трибунала. Второй по величине город Нюрнберг в Баварии, попавшей в американскую оккупационную зону, был облюбован нацистами ещё в 1930-х для проведения пышных партийных съездов. Именно в Нюрнберге были приняты позорные расовые законы «О германском гражданстве» и «Об охране немецкой крови и немецкой чести». К тому же, Нюрнберг почти не пострадал от бомбёжек авиацией союзников, и на его территории находился Дворец правосудия с достаточной вместимостью для проведения трибунала, соединённый подземным ходом с тюрьмой, где содержались обвиняемые. Охрану трибунала и обязанности конвоя несли военные полицейские армии США. 20 ноября 1945 года международный трибунал провёл своё первое заседание. От каждой из четырёх стран-победительниц в состав трибунала были назначены по два судьи. От имени Советского Союза нацистов судили генерал-майор юстиции Иона Никитченко и полковник юстиции Александр Волчков. От каждой из четырёх стран-победительниц были назначены четыре государственных обвинителя, каждый со своими заместителями и помощниками. Главным советским обвинителем был Роман Руденко, занимавший на тот момент должность прокурора Советской Украины. Подсудимые нацисты получили защиту из числа опытных немецких адвокатов. На скамье подсудимых в преступлениях против мира и человечности, в развязывании мировой войны, проведении политики расизма и антисемитизма, в убийстве и жестоком обращении с военнопленными обвинялись Герман Геринг (Наци № 2 и рейхсмаршал авиации), Рудольф Гесс (видный партийный деятель и идеолог Третьего Рейха), Вильгельм Кейтель (генерал-фельдмаршал, начальник штаба Верховного командования вермахта), Эрнст Кальтенбруннер (обергруппенфюрер СС, генерал полиции, начальник Главного управления имперской безопасности СС, генерал войск СС), Альфред Розенберг (глава внешнеполитического ведомства НСДАП, обергруппенфюрер СС, один из крупнейших идеологов Третьего Рейха, Рейхсминистр восточных оккупированных территорий), Иоахим Риббентроп (министр иностранных дел гитлеровской Германии), Ганс Франк (генерал-губернатор оккупированной Польши), Вальтер Функ (министр экономики, президент Рейхсбанка), Юлиус Штрейхер (гауляйтер Франконии, главный редактор фашистского листка «Штурмовик», идеолог расизма), Карл Дёниц (гросс-адмирал, командующий Кригсмарине, организатор «неограниченной подводной войны»), а также не столь матёрое нацистское отребье. К сожалению, к ответу не удалось привлечь главного фашистского паука – фюрера германской нации Адольфа Гитлера, министра пропаганды Третьего Рейха Йозефа Геббельса и обер-палача, рейхсфюрера СС Генриха Гиммлера. Гитлер трусливо принял яд, перед смертью пожелав немцам исчезнуть с лица земли, поскольку они расстроили его тем, что не смогли победить славянских недочеловеков. Геббельс вместе с женой Магдой также покончили жизнь самоубийством при невыясненных до конца обстоятельствах, предварительно сделав смертельные инъекции морфия своим шестерым детям. Гиммлер вполне мог очутиться на одной скамье с Герингом и Розенбергом, поскольку был захвачен в плен британской военной полицией. Но в процессе ареста были допущены грубые нарушения и Гиммлер успел раскусить ампулу с ядом. В зале суда отсутствовал и рейсхсляйтер Мартин Борман, убитый во время попытки прорыва из Берлина в самый разгар уличных боёв. В тот момент судьба Бормана была неизвестна, и приговор ему был вынесен заочно. В ходе международного трибунала выступили десятки свидетелей, тяжкие обвинения подкреплялись многочисленными документами, уликами, фото- и киноматериалами. Несмотря на это, получившие юридическую помощь и приободрившиеся палачи и преступники надеялись как-то выкрутиться и, если не получить снисхождение, то отделаться тюремными сроками. Кинохроника запечатлела их ухмылки, иронично скроенные физиономии, протестующие жесты, реплики с места в адрес свидетелей. Определённые надежды обвиняемых на благоприятный исход трибунала были связаны с Фултонской речью Черчилля 5 марта 1946 года, ставшей началом холодной войны. Нацистские преступники надеялись сыграть на противоречиях между бывшими союзниками, которые бы развалили судебный процесс. Начиная с этой даты трибунал проходил в напряжённой обстановке, но разногласия ещё не достигли того уровня, при котором англо-американская сторона захотела бы свернуть судебный процесс. Впрочем, начало холодной войны оказало определённое влияние на приговоры финансовым и промышленным бонзам Третьего Рейха, отделавшимся детскими сроками за содеянное. Одним из самых неприятных свидетелей для обвиняемых стал бывший фельдмаршал Паулюс, командующий 6-й армией, сломавшей зубы о Сталинград, и один из авторов операции «Барбаросса» – плана нападения на Советский Союз. Паулюс, стоявший у истоков войны с СССР, командовавший одной из лучших армий вермахта, своими показаниями буквально размазал обвиняемых с их жалкими отговорками. Но день, когда обвиняемые испытали ледяной ужас, стал допрос в качестве свидетеля бывшего коменданта лагеря смерти Аушвиц-Биркенау, более известного по названию соседнего польского города Освенцим. Оберштурмбанфюрер СС Рудольф Хёсс ответил на все вопросы судей и обвинения, и из его показаний сложилась кошмарная картина комбината смерти, в котором (исходя из показаний самого Хёсса) было уничтожено более двух с половиной миллионов человек. От Хёсса мир узнал про газ «Циклон» и газовые камеры, в каждой из которых за один раз нацисты убивали две тысячи человек. Оберштурмбанфюрер СС Хёсс предстал перед международным трибуналом всего лишь в качестве свидетеля только потому, что он уже находился под следствием о злодеяниях, совершённом им и его подручными на территории оккупированной Польши. Для Хёсса всё закончилось в петле 2 апреля 1947 года. Свидетельства и улики массовых убийств произвели неизгладимое впечатление на судей и мировую общественность. Нацистские преступники, до этого бравировавшие своими «подвигами», почуяли неумолимое приближение суровой расплаты, стали слёзно каяться, изворачиваться и перекладывать вину на мёртвых Гитлера с Гиммлером. Не помогло. В своих итоговых речах обвинители указали, что ответственность за злодеяния не ушла в могилу вместе с Гитлером и Гиммлером, и что каждый из сидящих на скамье мерзавцев должен заплатить за свои преступления. Обвинитель от СССР Руденко поставил вопрос шире: на процессе должны быть осуждены не только конкретные палачи, но и вся бесчеловечная система германского фашизма. Не только главари, но и обслуживающие их и выполнявшие их преступные приказы партийные, правительственные, полицейские и военные организации. В итоге, Нюрнбергский трибунал признал преступными организациями СС, СД, гестапо и руководящий состав НСДАП. Он приговорил половину из подсудимых к смертной казни через повешение. Ряд нацистов получили серьезные тюремные сроки, трое, во главе с наци № 3 Рудольфом Гессом, пожизненное заключение. Трое были оправданы, но вскоре предстали перед комиссией по денацификации и были осуждены. Не дожидаясь смертной казни, в собственной камере свёл счёты с жизнью наци № 2 Геринг. Остальные приговорённые к высшей мере были казнены в спортзале нюрнбергской тюрьмы профессиональными палачами, предоставленными трибуналу американской юстицией. Трупы нацистских преступников были кремированы, а их прах развеян. И вот что ещё. В наше время, когда неофашизм стал не просто поднимать голову, но и влиять на внутреннюю и внешнюю политику некоторых европейских стран, различная говорливая сволочь очень полюбила пространно рассуждать на тему «если Бандера и Шухевич не были осуждены Нюрнбергским трибуналом, то они не фашисты и не преступники». Что тут сказать? Дело в том, что Нюрнбергский трибунал судил главарей фашистской Германии и её преступную государственно-политическую систему, развязавших Вторую Мировую войну и повинных в совершённых во время массовых преступлениях и геноциде. Кто такие бандеровцы, мельниковцы, власовцы, усташи, всяческие легионеры и полицаи? Это мелкая сошка, коллаборационисты. Они не были причиной мировой войны, и возникли как организованная сила не сами по себе, а по инициативе немецко-фашистских оккупантов, пожелавших доверить туземным формированиям бОльшую часть грязной работы по уничтожению местного населения и борьбу с силами сопротивления оккупантам. В Нюрнберге судили нацистов – граждан уже не существовавшей империи Третий Рейх. Рухнул гитлеровский режим – вместе с ним проигравшей стороной стали и организованные им туземные крысиные полчища. Кровавые преступления, совершённые коллаборационистами при гитлеровцах, заставили их уйти в схроны, собираться в банды, и дальше убивать, убивать, убивать… Пришло время, и освобождённая Родина, попранная мерзавцами во время иноземного нашествия, призвала крысят к ответу за предательство, насилие, грабежи и убийства. И не только Родина, но и те государства, где крысята зверствовали вместе с их хозяевами. Так что разбирательства с пятой колонной после окончания войны стали внутренним делом пострадавших во время оккупации государств. С началом холодной войны все эти бандеровцы, усташи и прочие «лесные братья», вновь стали востребованными. Новые хозяева закрыли глаза на то, что «борцы за независимость» по самые уши замазаны в крови соотечественников. Это обстоятельство как раз было гарантией лояльности и служебного рвения при приёме на новую работу. Стали бандеровцы от этого меньшими преступниками? Нет, не стали. Как было сказано на Нюрнбергском трибунале, «Гитлер не унёс ответственность с собой в могилу. Вся вина не завёрнута в саван Гиммлера». Добавлю от себя: смена работодателя не амнистирует фашистских прихвостней. Даже если новый работодатель когда-то состоял в антифашистской коалиции.