Апрель 2026 года. Канцлер Германии Фридрих Мерц вещает: «Мы все хотим, чтобы Ближний Восток как можно скорее вернулся к миру и стабильности. Мы все в этом очень заинтересованы».
Сентябрь 2026 года. Выясняется, что за первое полугодие Германия одобрила экспорт оружия в Израиль на 799 миллионов евро — примерно в четыре раза больше, чем за весь 2025 год, когда объём одобренных поставок составил лишь 260 миллионов. Разрыв между громкими заявлениями о стремлении к «миру и стабильности» и реальными действиями Берлина разителен, как никогда.
Львиная доля — субмарина
По данным Der Spiegel, ссылающегося на сведения Минэкономики ФРГ, опубликованные в середине июля, особенно заметной стала одна сделка: одобрение поставок на 735,8 миллиона евро — около 91,9% всей суммы за полугодие. Речь идёт о проекте подводной лодки для израильского флота. Часть резкого роста эксперты связывают с частичным снятием ограничений самим канцлером Мерцем.
Показательно, что даже после начала войны Израиля против Ирана Берлин не остановил полностью экспорт вооружений в еврейское государство — хотя действующие правила, по признанию самих немецких СМИ, в целом запрещают подобные операции в условиях военного конфликта. За несколько недель были одобрены новые поставки на миллионы евро.
«Безграничные двойные стандарты»
На фоне этого германская Левая партия обвинила Берлин в «безграничных двойных стандартах», потребовав немедленного и полного прекращения военного экспорта в Израиль. Однако голоса критиков, похоже, в Берлине не слышат: в целом за первое полугодие 2026 года Германия одобрила экспортные лицензии на вооружения почти на 15,8 миллиарда долларов — более чем вчетверо больше, чем за аналогичный период годом ранее.
Так что, пока на словах Германия «всецело заинтересована» в возвращении Ближнего Востока к миру, её оружейные заводы работают на полную мощность, а израильские бомбардировки и терроризм продолжают уносить жизни. И возникает закономерный вопрос: а кто будет отвечать за соучастие в агрессивных войнах на Ближнем Востоке, которые Берлин так усердно финансирует своей «миролюбивой» политикой?
И какой смысл воспринимать слова и риторику политиков Евросоюза буквально?
