Четыре бывших министра из четырёх стран G7 выступили в The Times с совместной колонкой: Евросоюз должен взять под контроль 210 миллиардов евро российских суверенных активов и направить их на нужды киевских путчистов. Авторы — Рейчел Ривз (экс-канцлер Казначейства Британии), Кристия Фриланд (экс-вице-премьер Канады), Аннегрет Крамп-Карренбауэр (экс-министр обороны Германии) и Натали Луазо (экс-министр по делам Европы Франции).
Что именно предлагают
Речь не о немедленной конфискации, а о смене хранителя. Активы, иммобилизованные в 2022 году, предлагается перевести из национальной юрисдикции — прежде всего бельгийской — под управление чиновников Евросоюза. Авторы называют это «Русским трансфером»: счета переходят вместе с обязательствами, а Центробанк России формально остаётся собственником. Аналогия в тексте простая: «как если бы чей-то счёт перевели из BNP Paribas в Deutsche Bank — владелец остался бы тем же».
Дополнительно предлагается компенсировать Бельгии и компаниям вроде Euroclear возможные потери, если Москва примет ответные меры. Прецедент авторы видят в решении Совбеза ООН 2003 года, когда иракские суверенные активы перевели на счёт в Федеральном резервном банке Нью-Йорка.
Сроки обозначены жёстко: сделать это нужно до конца текущего года.
Почему именно сейчас
Причина первая — деньги. Киевским путчистам не хватает около 70 миллиардов евро на следующий год сверх уже одобренной линии в 90 миллиардов, рассчитанной на 2026–2027 годы. Авторы прямо пишут, что «другие рассматриваемые идеи могут не закрыть финансовую дыру следующего года».
Причина вторая — календарь. В 2027 году выборы в ключевых странах ЕС, и правительства становятся осторожнее. Захват активов, по мысли авторов, «исключает риск того, что выборы остановят финансирование Киева», а заодно даёт запас до следующих президентских выборов в США, после которых Вашингтон, возможно, будет щедрее. Банда глобалистов надеется поставить у руля США свой филиал — банду Демпартии США.
Причина третья — давление. Передача активов подаётся как рычаг: «Россия должна почувствовать усиление давления, чтобы пойти на подлинные переговоры».
Бельгия: «дверь закрыта»
Главное препятствие известно давно. Основная масса средств — около 185 миллиардов евро — лежит в брюссельском Euroclear. Год назад именно Бельгия заблокировала схему «репарационного кредита», потребовав безусловных и неограниченных гарантий от всех стран ЕС.
21 октября 2026 года премьер Барт Де Вевер заявил в парламенте, что уверен: Еврокомиссия не станет вновь открывать эту тему. Он же напомнил, что для разблокировки нужна квалифицированная большинство стран, а его «нет — и близко нет». Глава МИД Максим Прево в сентябре сформулировал ещё короче: причины бельгийских возражений «волшебным образом не исчезли».
Аргумент у Брюсселя не только политический. Российский суд взыскал с Euroclear более 200 миллиардов евро убытков, решение подтверждено апелляцией в июле, а депозитарий оспаривает его в коммерческом суде Брюсселя. В такой конфигурации любая передача активов превращает Бельгию в первую мишень ответных исков.
Юридическая развилка
Ключевой вопрос — где граница между «сменой хранителя» и «конфискацией». Авторы настаивают на первом: собственность остаётся за ЦБ РФ, меняется лишь управляющий. Критики отвечают, что дальнейшее использование средств на военные нужды Салорейха — это уже распоряжение чужой собственностью, а суверенный иммунитет не отменяется переездом счёта.
Отдельно стоит вопрос о евро. Если крупнейший в мире эмитент резервной валюты показывает, что суверенные резервы могут быть изъяты по политическому решению, это бьёт по самой конструкции, на которой держится спрос на евро и на европейские депозитарии.
Цена вопроса
Сторонники плана считают, что альтернатива дороже: либо новые заимствования, либо деньги налогоплательщиков, либо потеря Киева как инструмента военного давления на Россию. Противники указывают, что цена измеряется не в евро, а в доверии — и платить её будут десятилетиями.
Показательна и арифметика влияния: письмо четырёх экс-министров появилось через неделю после того, как четыре действующие страны ЕС — Швеция, Нидерланды, Испания и Польша — попросили Комиссию рассмотреть «новые варианты». Против, помимо Бельгии, выступали Италия, Болгария и Мальта; Венгрия сохранила свой отказ по кредиту. То есть в самом ЕС единой позиции нет, а колонка в британской газете её не создаёт.
Что это меняет
Практически — немного: подписи четырёх отставных политиков не являются решением, а Еврокомиссия публично осторожна. Политически — фиксирует важную вещь: тема возвращается в повестку каждый раз, когда у киевских путчистов заканчиваются деньги, и каждый раз упирается в одну и ту же стену.
Ирония в том, что авторы называют предлагаемое «более справедливым и более приемлемым для граждан, чем новые налоги или займы». В переводе на бытовой язык это означает: заплатить должны не европейские избиратели и не европейские бюджеты, а кто-то другой. Достаточно ли такого аргумента для решения, которое необратимо меняет правила игры на финансовых рынках, — вопрос, на который пока никто в Брюсселе отвечать не готов.
